Хронология    Государства    Военные ордена    Сражения

Король Арагона Педро II и альбигойцы

Сражение при Мюре 12 сентября 1213 года

В конце XII века Лангедок представлял собой территорию, раздираемую постоянными междоусобицами и восстаниями. Даже города иногда разделялись на несколько противоборствующих частей. В самой Тулузе шла борьба между баронскими группировками в 1181-1188. Беспорядки в Арле в 1191 затянулись настолько, что Папа Целестин II, призвал местного архиепископа вмешаться. В то же время в экономическом плане край процветал. Города были богаты; аристократы и знатные горожане жили в роскоши, были в моде искусство и литература, которые как и торговля, стимулировались связями Лангедока с другими средиземноморскими территориями. В этих условиях получило широкое распространение альбигойское учение. Летом 1199 года Папа Иннокентий III отправил двух легатов в Тулузу и Нарбонн, чтобы на месте разобраться в причинах процветания ереси. Папе доложили, что даже архиепископы Тулузы и Нарбонна упорствуют в заблуждении. В феврале 1204 года в Каркасоне состоялась конференция, в которой приняли участие как ортодоксальные прелаты, так и еретики. Присутствовавший на конференции Педро был вынужден признать, что катарская ересь действительно привлекла много сторонников. Иннокентий III решил, что духовное оружие бесполезно и призвал короля Франции Филиппа Августа, его сына Людовика и баронов Северной Франции взяться за оружие против еретиков. Его обращение не имело успеха. Филипп Август как участник Третьего крестового похода считал свои обязанности перед Святым Престолом выполненными. В тот момент он был занят борьбой против короля Англии Иоанна Безземельного. Тогда Иннокентий в июне 1205 года обратился к Педро, предлагая королю Арагона земли еретиков. В 1206 году Педро спас папский замок Эскюр от осаждавших его альбигойцев, но дальше не предпринимал никаких действий.
Очевидно, что король Арагона выжидал. Как суверен Прованса и других районов Южной Франции, он не должен был допустить иностранного вмешательства. С другой стороны, Педро не мог в открытую поддерживать катаров – это привело бы к разрыву с Римом. Шурин арагонского короля Раймунд Тулузский не был еретиком, и подобно большинству из местной знати, безразлично относился к религиозным проблемам. В его дворце царили роскошь и веселье. Раймунд являлся большим поклонником трубадуров и жонглеров, популярных среди всего южнофранцузского дворянства.
Летом 1206 года папские легаты в письме из Монпелье в Рим сообщили Иннокентию III, что их миссия бесплодна и предложили отказаться от дальнейших усилий по искоренению ереси. В этот момент в Монпелье прибыл испанский прелат Диего де Азеведо, епископ Осмы, сопровождаемый монахом Доминго Гусманом, впоследствии ставшем известным как Святой Доминик. Оба святых отца возвращались из Рима в Испанию. Встретив подавленных папских посланников, Диего обратился к ним с призывами упорно продолжать бороться с ересью и идти проповедовать из города в город, придерживаясь апостольской бедности. Привилегия проповедования охранялась Церковью, и отцы обратились к папе за разрешением. Согласие Иннокентия III положило начало движению, которое вскоре привело к образованию ордена доминиканцев. Впрочем, в тот год их усилия были безрезультатны.
Римский папа отлучил Раймунда Тулузского от церкви и наложил интердикт на его владения. Но письма и указы Иннокентия III о преследовании катаров во Франции поначалу игнорировались. Король Франции не желал рассматривать новые предложения о крестовом походе, и ситуация, казалось, была для Рима безнадежной, когда случай неожиданно полностью изменил ситуацию. Пьер Кастельно в своем послании феодалам Тулузы обвинил Раймунда в лжесвидетельстве и предательстве интересов Церкви. В ответ граф пригласил папского посланника на диспут в Сен-Жиль. Что произошло в Сен-Жиле 15 января 1209 года полностью неясно. Известно только, что Пьер Кастельно был убит одним из приближенных Раймунда. Резонанс, вызванный гибелью папского легата оказался сопоставим только с убийством Фомы Бекета тридцать восемь лет назад, и римский папа, хотя и не убежденный в вине Раймунда ("valde suspectus" скажет Иннокентий спустя четыре года), поспешил использовать это событие в пользу Рима. Папа послал письма королю Франции и основным пэрам, извещая их, что настало время принять крест для защиты Церкви; Иннокентий III ручался устроить перемирие на два года между Францией и Англией; орден цистерцианцев получил указ проповедовать крестовый поход в каждой католической стране, и толпы монахов путешествовали по всей Европе, разжигая религиозный фанатизм и предлагая спасение каждому участнику похода. Преступники, должники и авантюристы начали стекаться во Францию. Давнишняя ревность между Севером и Югом теперь вылилась в военное столкновение. Участники похода собирались в Лионе в течение лета 1209 года. В августе крестоносцы двинулись на Лангедок. После захвата некоторых незначащих замков был взят Безье, где рыцари покрыли себя позором, беспощадно перебив мирных жителей, включая женщин и детей. Следом в осаде оказался Каркасон.
Тут Педро решил вмешаться и отправил посланника в лагерь крестоносцев с просьбой о перемирии. Но посланник опоздал, и Каркасон был предан огню. Виконт Раймунд Рожер, вассал Педро, попал в плен и вскоре умер в темнице. Дикость нравов при расправе с населением захваченных альбигойских крепостей даже для того сурового времени перешла все границы. Несколько знатных баронов отказались от дальнейшего участия в крестовом походе и покинули лагерь. Назрел кризис, и крестоносцы признали необходимость выбора лидера.
Им стал Симон IV, граф Монфор, отличившийся при взятии Безье и Каркасона. Высокий, хорошо сложенный, с волевыми чертами и длинными волосами внешне Симон являл собой образец рыцаря того времени. К храбрости, амбициям и упорству добавлялись военные таланты, которые он продемонстрировал в ходе Четвертого Крестового похода. Новоизбранный лидер крестоносцев был вторым сыном Симона III Монфора и Амисии, дочери Робера Бомона, графа Лестера; графский титул перешел к Симону в 1203 году. Первым делом Монфор решил обеспечить свои права на Каркасон, дарованные ему папой. Но также нужно было, чтобы и Педро II признал за Симоном Каркасон. Педро выжидал целый год. Часть крестоносцев удовлетворилась добычей и отправилась по домам. Педро давал Монфору неопределенные обещания, но сам рассылал по захваченным территориям призыву к восстанию. К 1211 году ситуация потребовала от Педро сосредоточить все силы в Испании, и он заключил соглашение с Монфором, признав за ним Безье и Каркасон. Также Педро согласился также, что его сын Хайме должен жениться на дочери Монтфора. Трехлетнего Хайме оставили под опекой будущего тестя, а король Арагона вернулся в Испанию.
В 1212 году Монфор и его партия возобновили войну против Раймунда. Тулузский граф отступил в свою столицу, сильную крепость. Туда же подошли со своим войсками и его основные сторонники, графы Фуа и Коммингса. Раймунд отправил Педро срочное письмо, прося о помощи. В это время римский папа вызвал Педро на совет в Лавур, где враждующие стороны должны были рассмотреть возможность урегулирования конфликта. Встреча состоялась 15 января 1213 года, и Педро потребовал вернуть захваченные графства их законным владельцам. Папские легаты сочли это невозможным. Тогда Педро обратился непосредственно к Иннокентию III. Папа послал Монфору энергичное, обвиняя его в ненужной агрессии и настаивая, что время для мирных переговоров настало. Педро также преуспел в переговорах с королем Франции, убедив его приостановить отправку следующих контингентов крестоносцев в Лангедок на том основании, что римский папа намеревается временно установить мир. Педро, полагаясь на то, что Монфор будет ослаблен отсутствием подкреплений из Франции, поспешил на помощь Раймунду. К августу 1213 года он достиг Тулузы со значительной армией, которая включала две тысячи арагонских и каталонских рыцарей. Педро решил сосредоточить свои силы у Мюре, небольшого городка на Гаронне, приблизительно в трех лигах от Тулузы. Мюре был занят гарнизоном крестоносцев в семьсот человек, плохо вооруженных и почти без продовольствия. Силы союзников состояли из 3000 конных и 30000 пехотинцев.
Город Мюре, расположенный в месте слияния Люжа и Гаронны, был окружен стенами. В северной части крепости находилась укрепленная цитадель. На левом берегу Люжа расстилается равнина, ограниченная Гаронной на востоке и холмами Перрамон на западе; центральная часть этой равнины была болотистой зимой, но поросшей травой летом. На северо-востоке равнины протекает небольшой ручей с крутыми берегами, который впадает в Гаронну. На этой болотистой местности и состоялось решающее сражение этого крестового похода. Педро и его тулузские союзники достигли Мюре 10 сентября; Монфор начал движение в том же направлении с юга, как только услышал о прибытии войск Педро, но прибыл к месту намечавшегося боя только к вечеру следующего дня, среды, 11 сентября 1213 года. Монфор увидел, что осаждающие уже выбили одни из ворот и вступили в бой с гарнизоном крепости, но тут же отошли в свой лагерь, увидев подход крестоносцев. Тем же вечером виконт Корбейль прибыл к Монфору с подкреплением. Папские посланники, сопровождающие войска крестоносцев, были встревожены существенным численным перевесом «еретиков» желали вступить в переговоры. Попытка была сделана Фольке, прежним трубадуром, а ныне фанатическим епископом Тулузы, поскольку думалось, что собственные горожане могли бы выслушать его. Однако Педро отклонил мирные предложения.
На следующее утро, 12 сентября 1213 года, Монфор собрал свои войска на рыночной площади Мюре и после короткого воззвания с призывом проявить храбрость и избегать отдельных стычек, вывел крестоносцев через городские ворота навстречу противнику. Они пересекли Люж и оказались на равнине Мюре. Раймунд предложил ждать нападения Монфора в лагере, но Педро отклонил это осторожное предложение как недостойное рыцаря и решил провести сражение на равнине. Король даже поменялся доспехами с одним из своих рыцарей, чтобы сражаться в первых рядах.
Монфор разделил свои силы на три отряда, и первый из них напал на арагонцев, осаждавших Мюре с севера. Застигнутые врасплох, испанцы бросились бежать навстречу своим войскам, преследуемые крестоносцами. В то же самое время второй отряд врезался в ряды войск Педро почти одновременно с первым. В этот момент Педро был убит, и его конница начала отступать. Монфор тогда ввел в бой оставшийся отряд. Испанцы бросились в бегство. Тем временем, ополченцы Раймунда атаковали город. Им не разрешили участвовать в открытом сражении вместе с благородными рыцарями, и горожане предполагали, что их испанские союзники уже победили. Они были потрясены видом внезапно появившихся крестоносцев. Рыцари Монфора, возвращались из преследования, удивленные неожиданно легкой победой. Многие испанские рыцари были убиты, некоторые бежали на баржах в Тулузу. Летописцы утверждают, что приблизительно пятнадцать тысяч или двадцать тысяч испанцев погибло. Победа Монфора была полностью неожиданна, и моральный эффект был огромен. Мало того, что он победил превосходящую армию, но и этой армией командовал король, снискавший себе славу одного из победителя в Лас Навас де Толоса в предыдущем году. Современники видели в победе крестоносцев промысел Божий. Перед сражением люди Монфора получили отпущение грехов от епископа Фольке; арагонцы провели ночь в пьянстве и общении с распутными девками и даже Педро Католик, согласно хронике его сына, поутру был таким вялым и сонным, что с трудом слушал чтение евангелия. Монфор оказался дальновиднее Педро; он без колебаний атаковал врага, игнорируя средневековый обычай выбора противника для поединка. Крестоносцами руководил религиозный пыл, а их противники были разобщены и не имели единого плана сражения. Эта победа крестоносцев означала для Арагона конец территориальным претензиям в Южной Франции; с этого времени энергия арагонских королей была направлена на экспансию в других частях Средиземноморья.

Хостинг от uCoz